Начиная с конца 50-х годов в нашем театре все больший интерес вызывает творчество итальянского актера, режиссера и драматурга Эдуарде Де Филиппо. После замечательной постановки в 1956 году его пьесы «Филумена Мартурано» в Театре имени Евг. Вахтангова (режиссер Е. Симонов) спектакли по пьесам Де Филиппо широко шли в советских театрах.

Тонкая и глубокая разработка характеров, острая конфликтность, подлинная правда изображаемой жизни и то, что писатель обращался к демократическим слоям общества, показывал трудную жизнь своих персонажей, однако не впадая в сентиментальность, — все это привлекало к его пьесам внимание.

Малый театр выбрал одну из ранних пьес Де Филиппо — грустную комедию «Рождество в доме синьора Купьелло». Ставил спектакль Л. Варпаховский, оформлял Л. В. Вегенер. музыку написал Л. Солин. Премьера состоялась 14 ноября 1965 года. Сам драматург говорил так: «Я думаю, что мои пьесы трагичны, даже когда они заставляют зрителей смеяться».

Старый типографский работник Лука Купьелло (В. Доронин) — большой ребенок, не будучи в силах установить мир в своей семье, он отгораживается от нее тем, что мастерит елочные игрушки. Это скрашивает его жизнь. Что же касается окружающих, никто не воспринимает то прекрасное, к чему тянется его душа. Одиночество Купьелло показывается на широком фоне итальянского быта. Вокруг течет повседневная жизнь: обездоленные люди враждуют друг с другом. Но они объединяются, когда приходит настоящее горе.

На сцене возникало тусклое, словно выцветшее панно: «Поклонение волхвов», оно как бы символизировало такую же тусклую жизнь обитателей.

Единственную комнату художник вместе с режиссером поворачивали и обыгрывали со всех сторон. Здесь, в обстановке бедности, живут Купьелло, Паскуалино (В. Кенигсон), Кончетта (О. Хорькова), Неннино (М. Кононов). Режиссер вовсе не стремился к этнографической точности, не акцентировал, так сказать, «итальянизм». Спектакль был проникнут любовью и сочувствием к обездоленным людям, сумевшим, несмотря на тяжелую жизнь, сохранить доброжелательность, умение прощать друг другу. В этом спектакле все ощущали одиночество, в том числе и Паскуалино. Кажется, он не должен был вызывать симпатии зрителей: опустившийся человек, приживал, подозревающий всех в воровстве и сам нечистый на руку. Но было в нем что-то детское, наивное, трогательное. Как он верит в силу рождест-венских пожеланий, требует, чтобы ему пожелали не двадцать пять, а сто лет жизни!

В последний картине он стоял у постели умирающего брата, притихший, задумавшийся, впервые осознавший ответственность, которая теперь ложилась на его плечи как главы семьи.

Неннино — грубоватый, избалованный подросток, требующий, чтобы ему дали в постель тарелку молочного супа. В том, как он пикируется с ненавистным дядюшкой, как таскает у него деньги, больше от мальчишеского озорства, чем от алчности, — во всем показан подросток, не получивший хорошего воспитания.

Нинучча (Н. Корниенко) врывается в дом отца после очередной ссоры с мужем. Она разъярена. Но гораздо сильнее артистка передавала скорбь по ушедшему из жизни отцу. Казалось, она вновь становилась девочкой, любящей и страдающей.

Опускалось тусклое панно, и тут же вновь поднималось. Ветер словно выдувал остатки иллюзий Купьелло. Вернувшиеся с похорон задумываются: как жить дальше?

Из книги Ю. А. Дмитриева «Академический Малый театр. 1941-1995» - ЗВУКОВОЙ ФОНД МАЛОГО ТЕАТРА

||||||||||||||||||||||||||||||||||